"Если перенес свое я в духовное существо свое, то почувствуешь такую же боль, нарушая любовь, как чувствуешь боль физическую, когда нарушаешь благо тела. Указатель такой же непосредственный и верный. И я уж чувствую его" (17 мая 1896 г). (53, 92)

В ранней записи 1852 года читаем: "С некоторого времени меня сильно начинает мучить раскаяние в утрате лучших годов жизни" (46, 102). На страницах дневника начала 1850-х Толстой уличает себя в лени, мелочности, тщеславии, трусости, лжи, хвастовстве, даже формулирует правила:

·"…как только почувствуешь щекотание самолюбия, предшествующее желанию рассказать что-нибудь о себе, одумайся.(46, 203)

·"Всякий раз, когда почувствуешь досаду и злобу, остерегайся всякого отношения с людьми, особенно с зависящими от себя". (46, 203-204)

·"Избегать общества женщин, которых легко можно иметь, и стараться изнурять себя физическим трудом, когда почувствуешь сильную похоть". (46, 204).

Отметим внимание к зачаткам греховных чувств ("как только почувствуешь"), характерное для христианской исповедальной традиции.

По меткому замечанию Шкловского, "Толстой обладал беспощадной, всевосстанавливающей памятью (…) Эхо совести Толстого проверяло его жизнь. Комнаты его дома были обставлены не только недорогими вещами, но и раскаянием".

И с отвращением читая жизнь мою, Я трепещу и проклинаю, И горько жалуюсь, и горько слезы лью, Но строк печальных не смываю.

"В последней строке, - добавляет он, - я бы только изменил бы так: вместо "строк печальных…" поставил бы: "строк постыдных не смываю" (34, 346).

Можно говорить о типологии греха, разработанной Толстым, которая требует отдельного изучения.